литературно-художественный журнал «ЭТАЖИ»

etazhi.red@yandex.ru

01.07.20201 293
Автор: Андрей Коровин Категория: Литературная кухня

«Мать-и-матрица» Валерия Прокошина

Валерий Прокошин

В России большинство поэтов живут в провинции. Успеха добиваются в основном те, кто перебирается в столицы — Москву или Петербург. Крайне редко успех приходит к тем, кто никуда не переехал. В последние годы поиск молодых талантов превратился в своего рода литературный квест — в нём участвуют большие и малые премии, конкурсы, журналы, государство и частные литературные кладоискатели. В связи с этим всплыло множество новых ярких имён. Но Прокошин был раньше. До всех этих квестов. Не переехал в Москву, не напивался с классиками, не стажировался в Липках, не обивал пороги толстых журналов с подношениями. Однако те, кому было нужно, его заметили. Точнее даже не его, а его стихи. Сам Валера был тихим, в меру ироничным, не навязывающим себя человеком. Просто он сумел сказать о провинциальной России так, как до него не сказал никто. Но как же так случилось, что из тысяч пишущих в России только ему это удалось?

Во времена Прокошина литературных рейдов в провинцию за талантами ещё не было. Только-только появился в России интернет. Вначале, опять же, в столицах, потом потихонечку начал заползать в глубинку. Наверное, когда-нибудь напишут не одну докторскую диссертацию его о влиянии на русскую литературу конца XX — начала XXI века, которое оказалось огромно. Интернет обрушил многие устоявшиеся литературные авторитеты, многие — создал сам. Он дал возможность действующим, пишущим «здесь и сейчас» поэтам общаться онлайн, оценивать друг друга в режиме реального времени. Но он не только приблизил поэта к поэту. Интернет дал поэтам бессрочную всемирную визу на общение с читателями из любой точки земного шара.

Валерий Прокошин начинал как простой провинциальный поэт — слабые рифмы, штампы, слова-паразиты, не слишком яркая, порой вторичная образность… На фоне этого выделялись отдельные стихи как прорывы, показывавшие его потенциал, но ему некуда было двигаться, пока не появился интернет. А Прокошин, не имея высшего, да и вообще — просто качественного гуманитарного образования, к счастью, был готов слышать и учиться. Он из тех поэтов, кто сделал себя сам — для меня он стоит в одном ряду с Николаем Гумилёвым, например. Конечно, были друзья, которые поддерживали и помогали, но было и огромное стремление понять, что такое поэзия сегодня, из какого вещества она состоит. Он много читал: литературные журналы, интернет-журналы, стихи коллег и мэтров в социальных сетях, искал свой стиль, язык, образность… Составляя его книгу стихов «Тяжелей чернозема» (Москва, ArsisBooks, 2019), я видел, как он ломал свою манеру письма, как ощупью двигался в полутьме поэтического пространства, иногда балансируя на грани, иногда оступаясь, но никогда не останавливаясь, двигаясь только вперёд.

Его интересовала «живая жизнь» — он писал о том, что волнует людей и его самого, о чём пишут в прессе и рассказывают по ТВ (это было в 90-х, помните?) «Русское кладбище» — цикл, никогда не входивший полностью в его книги, разве что отдельными стихами. Это стихи о страшных годах советской России — расстреле царской семьи, голоде, людоедстве, красном терроре, ГУЛАГе, о судьбах писателей, сломанных и убитых советской системой, об атмосфере страха, о нём самом, выросшем в стране кровавых кошмаров. Эта тема преследовала его, не давала покоя.

Валерий Прокошин был успешным учеником в своей собственной школе самообразования. Он пробовал себя в любых новых поэтических формах, о которых слышал. Венок сонетов — пожалуйста! Хайку — легко! Танкетки — главное, вовремя остановиться! Сказки на современный лад («Сказки СССР в мр3») — не вопрос! Первая в русской поэзии поэма об интернете («Мать-и-матрица») — это тоже он! В его поздних стихах появились горечь и ирония, порой самоирония, и боль, которую он пытался прикрыть показным цинизмом.

А что такое «поздние стихи» у Прокошина, ушедшего от нас в 49 лет? Собственно, основной блок его главных стихов написан в 2006-2007, за каких-то два года. А уже в последний год жизни писать он не мог, хотя пытался (остались черновые наброски), и страшно мучился этим…

В своих главных стихах он вышел далеко за пределы родного Ермолина, любимого Боровска, так и не ставшего близким Обнинска… Он заговорил обобщениями, размышляя об ушедшей эпохе, о судьбе России и поэта в ней. Из обнинского он неожиданно стал всероссийским Прокошиным. Не все это поняли сразу. Наверное, не все осознают и теперь. Да и сам он, вероятно, не успел это осознать.

Безумно жаль, что судьба отпустила ему так мало. Я отлично знаю, как много Прокошин ещё мог написать и какими мощными, зрелыми были бы эти стихи. Но тут — как со всеми рано ушедшими поэтами — остаётся только благодарить Бога за то, что они у нас вообще были. Без Прокошина русская поэзия была бы неполна, таких стихов точно никто бы не написал.

Мне приходится читать в год сотни поэтических книг, тысячи, может, десятки тысяч стихов. Редко какие из них трогают так, что запоминаются и остаются в памяти и душе — надолго. Стихи Прокошина я услышал и почувствовал так, будто давно ждал их. Уверен, так было и так будет со многими его будущими читателями.

 

Читайте в "Этажах" воспоминания о Валерии Прокошине:

Эльвира Частикова "Узелки на память"

Вячеслав Черников "Как будни хороши, как праздники печальны"

Подборка стихотворений Валерия Прокошина

"Возвращайся в мой сад"

 

Фото Дмитрия Легезы

Андрей Коровин — поэт, прозаик, журналист. Автор одиннадцати поэтических книг. Руководитель Международного культурного проекта «Волошинский сентябрь», литературного салона в Музее-театре «Булгаковский Дом» (Москва) и других культурных проектов. Живёт в Московской области.

 

01.07.20201 293
  • 1
Комментарии
Booking.com

Ольга Смагаринская

Соломон Волков: «Пушкин — наше всё, но я бы не хотел быть его соседом»

Ольга Смагаринская

Михаил Богин: «Я попал под горячую руку холодной войны»

Виктор Есипов

Майя

Борис Фабрикант

Валентина Полухина: «Я, конечно, была влюблена в Бродского»

Павел Матвеев

Анатолий Кузнецов: судьба перебежчика

Ирэна Орлова

Полина Осетинская: «Я долго воспитывала свою аудиторию»

Наталья Рапопорт

Это только чума

Павел Матвеев

Хроника агонии

Павел Матвеев

Смерть Блока

Ирэна Орлова

Сегодня мы должны играть, как кошка мяукает — мяу, мяу...

Ирина Терра

«Делай так, чтобы было красиво». Интервью с Татьяной Вольтской

Марина Владимова

Я помню своего отца Георгия Владимова

Владимир Эфроимсон

Из воспоминаний об Арсении Тарковском

Павел Матвеев

Приближаясь к «Ардису»

Александра Николаенко

Исчезновения

Наталья Рапопорт

Юлий Даниэль: «Вспоминайте меня…»

Владимир Захаров

В тишине

Владимир Гуга

«Скоропостижка». Интервью с писателем и судмедэкспертом

Владимир Резник

Ракетчик Пешкин

Людмила Безрукова

Шпионские игры с Исааком Шварцем

Booking.com
Уже в продаже ЭТАЖИ №2 (26) июнь 2022




Влад Васюхин Муза
Алёна Рычкова-Закаблуковская Вопреки беде
Этажи «Этажи» в магазине «Даль»
Елена Кушнерова Главное — это возможность самого себя удивлять
Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №2 (26) июнь 2022
Наталья Рапопорт Тайная история советской цензуры
Игорь Джерри Курас Камертон
Дмитрий Макаров Затонувший город
Людмила Штерн Зинка из Фонарных бань
Татьяна Разумовская Совсем другая книга
Анна Агнич Зеркальная планета
Коллектив авторов «Я был всевозможный писатель…»
Марат Баскин Китайский хлеб
Дмитрий Петров ЦДЛ и окрестности. Времена и нравы
Мариям Кабашилова Просто украли слово
Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №1 (25) март 2022
Этажи Вручение премии журнала «Этажи» за 2021 год. Чеховский культурный центр
Ежи Брошкевич (1922-1993) Малый спиритический сеанс
Нина Дунаева Формула человека
Дмитрий Сеземан (1922-2010) Болшевская дача
Наверх

Ваше сообщение успешно отправлено, мы ответим Вам в ближайшее время. Спасибо!

Обратная связь

Файл не выбран
Отправить

Регистрация прошла успешно, теперь Вы можете авторизоваться на сайте, используя свой Логин и Пароль.

Регистрация на сайте

Зарегистрироваться

Авторизация

Неверный e-mail или пароль

Авторизоваться