литературно-художественный журнал «ЭТАЖИ»

[email protected]

Владимир Гуга

Миноги с шампанским

16.01.2024
Вход через соц сети:
13.05.2024488
Автор: Ирина Горнова Категория: Литературная кухня

Свет прощения


О книге повестей и рассказов Галины Калинкиной «Идти по прямой»

Волгоград: Перископ-Волга, 2023. — 236 стр.

 

Удивительное ощущение создают произведения Галины Калинкиной — на первый взгляд, они предельно реалистичны, наполнены будничными деталями, подчас настолько жизненно-приземлёнными, что на какие-то мгновения перестаешь понимать — это ещё повесть, рассказ или уже сама жизнь. Читатель может поймать себя на мысли: а книгу ли я читаю или вспоминаю что-то из своей жизни, или заглядываю в окно собственного дома, или смотрю в окно проезжающего знакомые полустанки поезда? И, в то же время, эти повести и рассказы, подобно картинам импрессионистов, пронизаны необычайным светом. Это свет всепобеждающей духовности, свет нравственных взлётов, тем более впечатляющих, если случаются они у отрицательных героев, от которых их никак не ждёшь. Свет прощения, свет терпимости, свет любви…

Вот, кажется, совершенно отрицательный герой Рудик Чекмарев из повести «Идти по прямой», давшей название книге. Он и лжёт, и друга предаёт, и с девушкой подло поступает, идёт по головам, строя свой бизнес, ни во что не ставит работающих на него людей. Но и в его душе происходит перемена, заставляющая совершать неожиданные для самого себя поступки. И он уже отпускает своего водителя, идёт по грязи под дождём за священником — другом детства, помогает вернуть в храм найденный крест «Распятие» с пулевыми отверстиями.

А в рассказе «Бабья лесха» матери и сестре героини, от первого лица которой ведётся повествование, кажется, доставляет огромное удовольствие мучить дочь и сестру. Каждое их слово как будто специально направлено на то, чтобы задеть, уколоть, обидеть. Их заявления в адрес героини безапелляционны и беспощадны. И что же в итоге? В критической ситуации они оказываются рядом. Они мокнут ночью под дождём, в ожидании освобождения Ирины. И тот факт, что они тут, рядом, красноречивее всех слов. Значит сопереживают, значит, несмотря на всю свою внешнюю колкость, действительно, самые близкие и самые родные.

Одним из приёмов автора, который позволяет усилить акценты, высветить главное, является отказ от детальной конкретизации сюжетной линии. Тем самым, читателю предлагается понять: неважно, как именно развивались события, а важен нравственный итог, к которому они привели. Так, в повести «Идти по прямой» после описания событий из детства и ранней юности главных героев, следует рассказ об их внезапной встрече и общении в течение одного только дня, и лишь по косвенным репликам, иногда почти невольным проговоркам, выстраивается понимание того, как именно складывалась жизнь героев все эти годы.

Похожий приём мы видим в рассказе «Карл-Маркс-Штадт». Детская переписка девочек, живущих в разных странах, возобновляется через много-много лет, когда обе они уже стали бабушками. У них одинаковые мысли, чувства, заботы, интересы. Они спешат делиться друг с другом всеми мелочами, словно стараются наверстать упущенное за годы молчания. А за личными судьбами героев рассказа, как и в других произведениях автора, встает судьба стран, судьба всего нашего современного мира, сотрясаемого катаклизмами, пандемиями с их последствиями, ограничительными мерами, политическими событиями, и, в конечном счёте, фатальной невозможностью встречи.

Значительное место в произведениях автора занимает тема соприкосновения жизни и смерти. Столкновение со смертью или непосредственно присутствует в повествовании, или небытиё подходит так близко, что возможность гибели становится, если не неизбежной, то вполне вероятной.

Октябрёнок Янек из рассказа «Синий стульчик» сталкивается с чужой смертью, которая полностью меняет его мировосприятие. «Словно свет потускнел всюду в один час четверга». Жестокость бесчеловечного режима, связанная с печальными страницами нашей истории, приводит к гибели священнослужителя, вынужденного сотрудничать с карательными органами. Автор рассказывает читателю лишь то, что мог видеть ребёнок, ничего при этом не поясняя. Но тот факт, что мальчик перестал верить в то «что детство у всех счастливое», говорит сам за себя.

В повестях «Идти по прямой» и «Квантовый день» смерть присутствует прозаично и конкретно, с натуралистической атрибутикой (грязь, беспорядок, дурной запах), как факт свершившийся и требующий определенных действий от окружающих. Ничего таинственного и возвышенного нет в описании гибели Гоши Крошевого или Светы, бывшей жены Юлика. Но сама возможность такой смерти: безвременной и внезапной, заставляет задуматься о причинах, сделать важные выводы.

Совсем другим представляется уход из жизни старика священника из повести «Тихий час». Здесь описывается кончина праведника, который всю жизнь служил добру, прославлял Бога, терпя с кротостью и смирением, как гонения и издевательства власть имущих, так и непонимание со стороны близких. Даже умирая, продолжает этот истинно Божий Человек переживать, всё ли правильно сделал в жизни, правильно ли понял, что предопределил ему Спаситель. И, при этом, умирающий твёрдо уверен, что уход из жизни — это радость, потому что означает приближение к Богу.

В рассказе «Гувер» смерть предстает в виде могилы на Новодевичьем кладбище, куда главного героя приглашают только на девятый день после смерти женщины, открывшей ему, восприимчивому и способному парню из бедной не слишком образованной семьи, мир культуры, искусства, этикета. Смысл всего, что сделала для Вани работодательница Марина Антоновна, раскрывается через его отношение к её памяти. Это отношение выражено короткой, но очень ёмкой репликой: «Я бы менял памперсы человеку, который меня менял. Только, знаешь, жизнь ещё как-то подчиняется. Смерть — нет».

Примером ситуации, когда смерти удалось избежать, служит рассказ «Настройщик». Автор предлагает читателю представить, что может думать и чувствовать человек, которого, возможно, сейчас убьют. Алексей сидит под дулом пистолета в квартире невменяемого хозяина. Вот некоторые его мысли: «…Но теперь? Неужели? Почему теперь? Почему я?.. Маме нужно было звонить чаще…». Он думает, о матери, об отце, о том, что надо было бы уделять им больше внимания. Он начинает иначе ценить жизнь, и когда, благодаря счастливому случаю, замаячила возможность спасения, приходит осознание того, что «Завтра — самое лучшее слово на свете». Потому что это слово означает, что жизнь продолжается.

Самым светлым, тёплым по звучанию, самым трогательным (хотя и в других произведениях сборника много трогательных, берущих за душу моментов) представляется рассказ «Тактиль». Это рассказ о дружбе старой слепой женщины с соседской девочкой, рассказ о том, как самым естественным, и потому особенно чудесным образом, отводит смерть детская рука, приносившая старухе «секретики». Диди Датви — Большая медведица — точно знает, что она нужна девочке, также как девочка нужна ей. Этот рассказ — гимн любви и нежности, в котором действующие лица совсем не героические герои, а просто старуха и ребёнок, но они очень сильны своей дружбой. Настолько сильны, что способны спасти друг друга.

Мастерски, одним-двумя штрихами передаёт Галина Калинкина ощущения и чувства своих героев. Иногда это косвенные детали, которые, тем не менее, не дают ошибиться в оценке происходящего, настолько они красноречивы. Порой характер героев раскрывается в одной двух репликах, а дальнейшие действия лишь подтверждают впечатление, которое те создают. Едва ли стоит приводить здесь многочисленные подтверждающие примеры. Для того, чтобы сделать это в полной мере, пришлось бы пересказать полкниги.

Основная мысль сборника отражена в его названии и названии одноимённой повести. Идти по прямой. Это вопрос нравственного выбора. Никуда не сворачивать с пути добра, человечности, веры и любви к людям. А ещё дорожить каждой минутой жизни, как бы трудна и прозаична не была окружающая нас реальность.

 

Ирина Горнова — микробиолог по образованию. После окончания биофака МГУ и аспирантуры получила образование искусствоведа в МГХПА им. С.Г. Строганова. Дипломант литературного конкурса «Живое о живом». Публиковалась в литературных журналах «Кольцо «А», «Истина и жизнь», «Дорога вместе», «Дегуста.ру». В журнале «Этажи» публикуется впервые.

 

13.05.2024488
  • 2
Комментарии

Ольга Смагаринская

Соломон Волков: «Пушкин — наше всё, но я бы не хотел быть его соседом»

Павел Матвеев

Смерть Блока

Ольга Смагаринская

Роман Каплан — душа «Русского Самовара»

Ирина Терра

Александр Кушнер: «Я всю жизнь хотел быть как все»

Ирина Терра

Наум Коржавин: «Настоящая жизнь моя была в Москве»

Елена Кушнерова

Этери Анджапаридзе: «Я ещё не могла выговорить фамилию Нейгауз, но уже

Эмиль Сокольский

Поющий свет. Памяти Зинаиды Миркиной и Григория Померанца

Михаил Вирозуб

Покаяние Пастернака. Черновик

Игорь Джерри Курас

Камертон

Елена Кушнерова

Борис Блох: «Я думал, что главное — хорошо играть»

Людмила Безрукова

Возвращение невозвращенца

Дмитрий Петров

Смена столиц

Елизавета Евстигнеева

Земное и небесное

Наталья Рапопорт

Катапульта

Анна Лужбина

Стыд

Галина Лившиц

Первое немецкое слово, которое я запомнила, было Kinder

Борис Фабрикант

Ефим Гофман: «Синявский был похож на инопланетянина»

Марианна Тайманова

Встреча с Кундерой

Сергей Беляков

Парижские мальчики

Наталья Рапопорт

Мария Васильевна Розанова-Синявская, короткие встречи

Уже в продаже ЭТАЖИ 1 (33) март 2024




Наверх

Ваше сообщение успешно отправлено, мы ответим Вам в ближайшее время. Спасибо!

Обратная связь

Файл не выбран
Отправить

Регистрация прошла успешно, теперь Вы можете авторизоваться на сайте, используя свой Логин и Пароль.

Регистрация на сайте

Зарегистрироваться

Авторизация

Неверный e-mail или пароль

Авторизоваться