литературно-художественный журнал «ЭТАЖИ»

[email protected]

Владимир Гуга

Миноги с шампанским

16.01.2024
Вход через соц сети:
29.12.20213 838
Автор: Денис Бычихин Категория: Поэзия

Мы говорили на чужом наречьи

***

Их вождь был в белом
с фотоаппаратом.
Эстет и, говорят, эксплуататор
животных мохнорогих
и копытных.
Там будет видно.

Был город чист, и стены чуть сверкали,
как рафинад.
На пальме блеск гирлянд,
на площади центральной.
Мы встречали
их новый год,
который год подряд.

Мы говорили на чужом наречьи.
Мы надевали крылья
каждый вечер
и номером скрепляли на груди.
Подобие по праву взятой власти
их вдохновляло.
Нам казалось счастьем
то, что они — тараном — впереди.

 

***

Возможно, я был живописцем во Фландрии.
Вряд ли лучшим в цеху.
Глядел, как проходит сквозь город замёрзшая армия,
Как тени ночуют в снегу.

Женился, наверное, и слышал шелест подола
За дверью своей мастерской.
Любил, должно быть, потому что потом надолго
Застывал с поднесённой к пейзажу кистью,
Со сведённой как будто рукой.

Потом родился в другом раскладе.
Кажется, светописцем.
А Фландрия всё ещё снится.
Белая, супом пропахшая Фландрия,
Снится чего-то ради.

 

***

Так или иначе всё будет расти. 
Репей поднимется выше коринфской колонны, 
чтобы, рухнув, вернуться
к муравьиным склонам, 
стрекозам, ужам, своему размеру. 
Философ множество раз сменит веру, 
чтобы зимой, глядя на крышу тибетского храма, 
похожую 
на дачную шляпу мамы, 
понять, он по-прежнему верит в родителей. 
Хакеры наденут полосатые тройки блюстителей, 
чтобы количество пуговиц 
было ключом кода. 
Что-то изменится всё-таки? 
Именно «что-то». 
В парламент пройдут кликабельные котики.

 

Заметка

Мне кажется, Далай-лама смотрит футбол, 
ходит инкогнито на дискотеки, 
иногда собой освещает танцпол,
снимает город из-за стекла машины, 
качает треки.
В общем, делает то, 
что делает человек в человеке.

Мне кажется — он настолько велик, 
что ему не хватает 
огней ресторана, как букв священных книг.

И еще я практически вижу: он на заправке 
покупает кофе
и улыбается псу, который давно разучился гавкать.


Зимние праздники

Гульбище.
Куль пищи
в руке соседа.
Флюиды пятничной победы
в глазах соседнего соседа.


Кто не на площади,
спешат к веселью.
Потеют лошади
на карусели.


И пусть знамёна
полны тревоги,
и неуюта, сырой возни,
преодолённая эсхатология
гремит салютом
в такие дни.


***

Делись
либо определись
на фоне снега
пригорков
мелькающих лис
шёл кто-то похожий
вокруг был шестнадцатый век
и с неба сходил
схожий снег

и все это было частью того что сейчас вокруг
а может быть только было
и ты про другое друг

а может быть снег только этот
и лисы уже иные
но холод идёт по свету
и ручки блестят дверные.


***

                                    Родителям

 

Было бы правильным рассказать о тебе,
Косая Гора,
посёлок детства,
о влажном блеске вечерних змеящихся улиц
и чём-то таком.
Но я гляжу в свою темноту,
и теряется резкость,
и вместо силлабо-тоники в горле ком.
Воспеть вас, дома, которые строили пленные немцы,
портал планетарный — кинотеатр «Старт»,
выжить
и древним греком вернуться, вглядеться,
в китайскую яблоню,
тлеющую в дожде,
райскую яблоню,
с которой мой начинался шар.

 

Танк

Мне было лет, наверное, семь.
Мама делала фигурные печенья.
Я попросил кусок теста
и вылепил танк.
До сих пор помню — белый на блестящем
противне.
А потом испугался, что шпионы из США
сняли это через наше
кухонное окно.
Мне стало темно.
Я видел уже заголовок в американской прессе:
Советские дети бредят войной.
Представлял, как в школе
разберутся со мной.
Доска позора. Родителям на работе взвесят.
А я просто хотел вылепить танк,
узнать, как рисунок
смотрится в тесте.
И, наверное, чувствовал,
что мир сквозной.
И мы фигурируем в заголовках
Божьей прессы.

 

***

В одной из тульских церквей
есть икона
со святым Пантелеймоном,
который похож на врача
в период массовой болезни,
усталый взгляд
словно отправлен внутрь
на поиски дополнительного ресурса.
К нему идут и идут.
Даже золото фона кажется вымотанным.
Когда смотришь на эту икону,
посылаешь ему сил.
Тем более нужных,
что он не просил.

 

***

После Нобелевской лекции.
Лимузина.
Ужина при свечах.
Того, что казалось нужным
и было пустой коробкой.

Он поехал в Португалию и в этих знойных ночах,
среди обшарпанных стен,
прячась в подворотнях,
прикуривая от спичек,
глядя на птичек,
вёртких, как буквы
в юности,
перенедужил.

И кто-то большой разговаривал с ним.
Потому что теперь
он не был читаем.
Он был храним.

 

***

Как-то один человек сказал,
что время уходит,
время сидело, кстати,
с ним за столом,
в большой компании
и только собиралось выдать солёную шутку
и поднять за друзей.
И тут на тебе,
мол, на выход,
с вещами.

Вы понимаете.
В общем, у того человека
теперь болит ухо,
всякий раз,
когда он вспоминает о времени.
И в барах, когда снегопад, тоже.


***

Йоги говорят:
посмотри в себя,
пытаюсь,
и вижу только
галерею, где рёбра — система подвижных арок,
внутри галереи однородная темнота,
какой из её частиц
являюсь
я?
Или вижу лёгкие,
примерно представляю, как выглядит кишечник,
могу вообразить селезёнку — наверное, правильно,
если подумать,
внутренняя биография —
попытки представить
эту
попытку.


***

Шофер в камуфляжной куртке привез муку в пекарню.
Без снега декабрь.
Камуфляжные пятна словно сужаются, блёклые.

Кто-то летит над горами и сёлами,
малозаметный в любом пейзаже.

Но почему-то даже
занятый сильно шофёр
смотрит в небо.
Где тот, кто заведует снегом.


***

Начинает работать мой механизм.
Подбираю слова,
проглядываю на просвет,
словно стеклянные шарики.
Разный колер, призраки косточек виноградных
внутри,
есть слова, в которых митингует бурьян, в других сыплется снег.
В общем, при случае сам посмотри.
Это техника, друг. Или магия
ремесла.
Я хотел в этот цех.
И теперь я, похоже, из их числа.
Просыпаясь ночами, вижу приметы слов.
Шевелю губами. Господи, помоги
этот шар огромный и, наверное, эту любовь
словно бусину с ниткой соединить.

 


Денис Бычихин. Родился в 1975 году. Окончил МГУ им. М. В. Ломоносова, кафедру эстетики философского факультета, на той же кафедре защитил кандидатскую диссертацию. С 2006 года живет в Туле. В 2019 году участвовал в поэтическом фестивале «Хомяков home» (Тула). Публикации: журнал поэзии «Арион», «Международный литературный альманах «СредА». Автор сборника «Слова и знаки препинания» (Москва: издательство «Ruthenia», 2020).

 

29.12.20213 838
  • 5
Комментарии

Ольга Смагаринская

Соломон Волков: «Пушкин — наше всё, но я бы не хотел быть его соседом»

Павел Матвеев

Смерть Блока

Ольга Смагаринская

Роман Каплан — душа «Русского Самовара»

Ирина Терра

Александр Кушнер: «Я всю жизнь хотел быть как все»

Ирина Терра

Наум Коржавин: «Настоящая жизнь моя была в Москве»

Елена Кушнерова

Этери Анджапаридзе: «Я ещё не могла выговорить фамилию Нейгауз, но уже

Эмиль Сокольский

Поющий свет. Памяти Зинаиды Миркиной и Григория Померанца

Михаил Вирозуб

Покаяние Пастернака. Черновик

Игорь Джерри Курас

Камертон

Елена Кушнерова

Борис Блох: «Я думал, что главное — хорошо играть»

Людмила Безрукова

Возвращение невозвращенца

Дмитрий Петров

Смена столиц

Елизавета Евстигнеева

Земное и небесное

Наталья Рапопорт

Катапульта

Анна Лужбина

Стыд

Галина Лившиц

Первое немецкое слово, которое я запомнила, было Kinder

Борис Фабрикант

Ефим Гофман: «Синявский был похож на инопланетянина»

Марианна Тайманова

Встреча с Кундерой

Сергей Беляков

Парижские мальчики

Наталья Рапопорт

Мария Васильевна Розанова-Синявская, короткие встречи

Уже в продаже ЭТАЖИ 1 (33) март 2024




Наверх

Ваше сообщение успешно отправлено, мы ответим Вам в ближайшее время. Спасибо!

Обратная связь

Файл не выбран
Отправить

Регистрация прошла успешно, теперь Вы можете авторизоваться на сайте, используя свой Логин и Пароль.

Регистрация на сайте

Зарегистрироваться

Авторизация

Неверный e-mail или пароль

Авторизоваться