литературно-художественный журнал «ЭТАЖИ»

etazhi.red@yandex.ru

Игорь Джерри Курас

Камертон

29.06.2022
30.01.20183 663
Автор: Борис Херсонский Категория: Поэзия

Одесса, пятидесятые

Одесса, пятидесятые
(венок восьмистиший)


*
Соборка была без Собора. Базарная без базара.
Электричество отключали намного чаще, чем воду.
Анекдоты были сплошь о евреях — Абрам и Сара.
Битюг к молочному, напрягаясь, тащил подводу.

Трамваи ходили, кто-то висел на подножке.
Фикус в доме был популярнее прочих растений.
Рыбий жир принимал трижды по маленькой детской ложке.
Имена долговечнее людей и строений.

*
Имена долговечнее людей и строений.
В памяти пенсионеров гвозди старых названий,
фрагменты сказок и детских стихотворений,
ржавчина и грязца коммунальной ванной.

Идешь, семеня, по длинному коридору.
Над соседским чайником облако пара.
Во дворе десять кошек. Не прокормить эту свору.
Дневная жизнь ужаснее полуночного кошмара.

*
Дневная жизнь ужаснее полуночного кошмара.
Не то, что опаснее, скорее — однообразней.
От выпитого — дух перегара и стеклотара.
От жизни — сплетни, одна другой несуразней.

Кто с кем, когда, зачем, скрип кровати и стоны,
На железной лестнице не сосчитаешь ступеней.
Безносые кариатиды. Облупившиеся колонны.
Течение будней нелепее сновидений.

*
Течение будней нелепее сновидений.
Оторвешь страничку — прочитаешь на обороте
календарную хронику чьих-то смертей и рождений,
прочесть в газете статью — все равно, что увязнуть в болоте.

Это Одесса, детка, пятидесятые годы.
Частично разрушена и слегка неопрятна.
В старом порту швартуются трофейные теплоходы.
Чего-то недостает. В реальности — черные пятна.

*
Чего-то недостает. В реальности черные пятна.
Вроде чернильной кляксы в пожелтевшей тетради.
Хожу вдоль бульвара к Пушкину, туда и обратно.
Воронцовский дворец как зверь в чугунной ограде.

Львы стоят на колоннах. Ворота на цепь закрыты.
Лица с плакатов глядят пристальней, строже.
Сами живем не впроголодь. Были бы дети сыты.
Всматриваешься, вспоминаешь — ни на что не похоже!

*
Всматриваешься, вспоминаешь — ни на что не похоже!
Очередь в баню. Мама идет вдоль Привоза.
Ищем, где подешевле, поищем, находим все то же.
Вроде мир на земле, но в воздухе чувствуется угроза.

Что-то случилось в Венгрии. Где-то стреляли в рабочих.
Есть путевка в профкоме — почти бесплатна.
Бабушка вяжет. Котенок разматывает клубочек.
Речь ушедшего сбивчива и невнятна.

*
Речь ушедшего сбивчива и невнятна.
Или слух притупился, или язык изменился.
Но погода тепла и, говорят, благодатна,
И дух торговый кое-где сохранился.

Но спать пора. На окнах занавески свисают.
Тебя кладут в кроватку, словно на смертное ложе.
и волны памяти накатывают и угасают,
как гул толпы или шум листвы, что, впрочем, одно и то же.

*

Как гул толпы или шум листвы, что, впрочем, одно и то же,
как помехи в радио на мутных волнах эфира,
образ города монотонней, взрослей и строже,
он хорош по-своему на фоне задворок мира.

 

Бывший дворец Нарышкиной ныне райком комсомола.
На стене — Ленин и Сталин — два сапога пара.
У Одессы женское имя, но в то время она — беспола.
Соборка была без Собора. Базарная без базара.

 
***
Соборка была без Собора. Базарная без базара.
Имена долговечнее людей и строений.
Дневная жизнь ужаснее полуночного кошмара.
Течение будней нелепее сновидений.

Чего-то недостает. В реальности — черные пятна.
Всматриваешься, вспоминаешь — ни на что не похоже!
Речь ушедшего сбивчива и невнятна,
как гул толпы или шум листвы, что, впрочем, одно и то же.

 

***
кто-то пришел из-за реки кто-то спустился с гор
кто-то поднялся с морского дна кто-то свыше слетел
и все голоса плывут в небеса и сливаются в хор
потому что людские тела не хуже небесных тел
кто-то пятится кланяясь кто-то стоит столбом
кто-то боком ходит как краб глазки на стебельках
кто-то с постели утром встает с трудом
ходит со скрипом и держит себя в руках
но в чем-то все сходятся с марса не отличишь
в какой телескоп ни гляди как ни напрягай взор
где человек где волк где летучая мышь
кто поднялся с морского дна кто спустился с высоких гор

***
она пережившая зиму сорок седьмого
в сорок девятом была в санатории в сочи
видела пальмы колонны и статуи выпивала немного
ходила на танцплощадку возвращалась в палату к ночи
был не сезон и темнело довольно рано
мерзла бы но захватила серый платок пуховый
пастух и свинарка ей улыбались с экрана
видела много раз но фильм смотрелся как новый
собственно и она работала в животноводстве
гремела ведрами пойло наливала в корыта
но в кино все иначе чем в жизни чуть меньше скотства
больше музыки песен плясок и рожа у всех умыта
а тут еще пальмы статуи и кипарисы
странно но тут к себе сильнее чувствуешь жалость
весь вечер пыталась вспомнить имя известной актрисы
так и не вспомнила а спросить постеснялась

 

***
если мужчины носят кители без погон
но с орденскими колодками значит конец войне
если у всех на устах воровской жаргон
значит не воровать стыдно в этой стране
если днем в глазах людей угнездился страх
значит ночью жди воронка и незваных гостей
если детство сгорает на пионерских кострах
ближе к старости жди плохих новостей
думай что вечной ночью светло как июньским днем
что скорая едет быстро и медицина крепка
и то что было землей водой воздухом и огнем
снова вылепит и укрепит сталинская рука
но нет двуглавый орел держит все в стальных коготках
и сердце горит не дольше тонкой церковной свечи
из хлебзавода развозят батоны на деревянных лотках
и выгружают в булочных в глухой советской ночи

 

***
черный ход сегодня единственный ход
ступени середины позапрошлого века
скука передается из рода в род
нет в жизни счастья считай калека
каждый шаг отдается болью особенно верный шаг
в ржавом почтовом ящике письмо из погибшей державы
летом шум листвы осенью шум в ушах
вспоминаешь ушедших но не вспомнишь такой оравы
помнишь только обрывки фраз или фрагменты лиц
память это ковчег с пробоинами забвенья
останься на самом дне в уголке притулись
черный счетчик щелкает он считает мгновенья

 

***
атеистка бабушка просила не поминать хвостатого к ночи
но на ночь читала мне сказки о мертвецах и бесах
от еврейства нам достались слова на идиш одно другого короче
и еще полкило мацы из синагоги на песах
от эпохи царизма осталась подшивка журнала "Нива"
буквы ять фита и ижица твердый знак в окончаниях после согласных
всей эротики обнаженная всадница леди Годива
всех сокровищ кладовки в коммунах грязных и непролазных
все это еще существует на задворках памяти где-то
вывески и витрины парикмахерские ателье индпошива
то воды нет то света то ни воды ни света
и каждое утро в ящике газета скучна и лжива
керосин покупали для лампы примуса и керогаза
зимой одевались в серое сливаясь с собственной тенью
боялись соседей доноса как раньше боялись сглаза
и спускались в царство Аида ступень за ступенью

 

Борис Херсонский (родился в 1950 г, в г Черновцы). Поэт, переводчик, эссеист. Автор многочисленных журнальных публикаций и поэтических книг. Лауреат ряда международных премий, в том числе стипендии им. И.Бродского. Стихи переводились на английский, французский, шведский, нидерландский, итальянский и немецкий языки.

30.01.20183 663
  • 8
Комментарии
Booking.com

Ольга Смагаринская

Соломон Волков: «Пушкин — наше всё, но я бы не хотел быть его соседом»

Ольга Смагаринская

Михаил Богин: «Я попал под горячую руку холодной войны»

Виктор Есипов

Майя

Борис Фабрикант

Валентина Полухина: «Я, конечно, была влюблена в Бродского»

Павел Матвеев

Анатолий Кузнецов: судьба перебежчика

Ирэна Орлова

Полина Осетинская: «Я долго воспитывала свою аудиторию»

Наталья Рапопорт

Это только чума

Павел Матвеев

Хроника агонии

Павел Матвеев

Смерть Блока

Ирэна Орлова

Сегодня мы должны играть, как кошка мяукает — мяу, мяу...

Ирина Терра

«Делай так, чтобы было красиво». Интервью с Татьяной Вольтской

Владимир Эфроимсон

Из воспоминаний об Арсении Тарковском

Марина Владимова

Я помню своего отца Георгия Владимова

Павел Матвеев

Приближаясь к «Ардису»

Александра Николаенко

Исчезновения

Владимир Захаров

В тишине

Владимир Гуга

«Скоропостижка». Интервью с писателем и судмедэкспертом

Наталья Рапопорт

Юлий Даниэль: «Вспоминайте меня…»

Владимир Резник

Ракетчик Пешкин

Людмила Безрукова

Шпионские игры с Исааком Шварцем

Booking.com
Уже в продаже ЭТАЖИ №2 (26) июнь 2022




Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №2 (26) июнь 2022
Наталья Рапопорт Тайная история советской цензуры
Игорь Джерри Курас Камертон
Дмитрий Макаров Затонувший город
Людмила Штерн Зинка из Фонарных бань
Татьяна Разумовская Совсем другая книга
Анна Агнич Зеркальная планета
Коллектив авторов «Я был всевозможный писатель…»
Марат Баскин Китайский хлеб
Дмитрий Петров ЦДЛ и окрестности. Времена и нравы
Мариям Кабашилова Просто украли слово
Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №1 (25) март 2022
Этажи Вручение премии журнала «Этажи» за 2021 год. Чеховский культурный центр
Ежи Брошкевич (1922-1993) Малый спиритический сеанс
Нина Дунаева Формула человека
Дмитрий Сеземан (1922-2010) Болшевская дача
Михаил Карташев «Сто лимонов» в Доме Моссельпрома
Валерий Бочков Судьба рисовальщика
Коллектив авторов Андрей Новиков: «Но жить в борьбе со здравым смыслом — не сильный кайф»
Андрей Новиков (1974-2014) Лабиринты судьбы
Наверх

Ваше сообщение успешно отправлено, мы ответим Вам в ближайшее время. Спасибо!

Обратная связь

Файл не выбран
Отправить

Регистрация прошла успешно, теперь Вы можете авторизоваться на сайте, используя свой Логин и Пароль.

Регистрация на сайте

Зарегистрироваться

Авторизация

Неверный e-mail или пароль

Авторизоваться