литературно-художественный журнал «ЭТАЖИ»

etazhi.red@yandex.ru

Игорь Джерри Курас

Камертон

29.06.2022
09.04.20202 446
Автор: Рустам Мавлиханов Категория: Проза

День выбора

Художник Жердзицкий Е.Ф. Портрет врача. 1928

Врачом я мечтала стать с детства.

Может быть, с тех вечеров, когда обходила с мамой её больных. Или с той ночи, когда сестра привезла из Москвы мою мечту — большую куклу с закрывающимися глазами. Я лежала, крепко прижимая её к себе, и слушала, как с кухни доносится громкий шёпот: мама рассказывала, что в город привезли помидоры в вагонах, не помытых после коров — а у тех вскоре нашли какую-то жуткую болезнь, — и как их, медиков, подняли по тревоге, как они сбились с ног, проверяя дом за домом — с милицией, дружинниками, солдатами… Странно: не помню, чтобы мама надолго пропадала — или это было мне привычно? — но вот тот тихий, под тяжёлый шум дождя, разговор осенью восемьдесят четвёртого почему-то врезался в память. И ещё такое загадочное, как со страниц сказок Гримм, имя: «Сибирская язва».

От эпидемиологии меня, конечно, открестили: Камю дали почитать, «Чуму». Изверги, скажете, ребёнку такое подсовывать? Может, и так. Но разве пичкать подростков Достоевским — не изверги? К тому же Фёдор Михайлович и врачебный цинизм — антонимы, а Альбер Люсьенович пригодился — мужа помог понять. Он у меня с Донбасса; как-то, занимаясь закатками, я сравнила их войну с чумой, которую остаётся только перетерпеть — он даже расчувствовался.

Так что служба моя не опасна — я доктор широкого профиля: гастриты, гаймориты, бронхиты — все старые знакомые, а если что экзотическое… Попалась как-то атипичная ангина — температура, лимфоузлы увеличены, налёта нет, билась с ней, билась — ничего не берёт. Антибиотики — как мёртвому электрофорез. Спасибо тёте Любе, санитарке нашей — она медсестрой всю жизнь проработала, Брежнева ещё застала, а как на пенсию выгнали, выпросила себе полставки уборщицей — вот тёть Люба и подсказала: «Ларис, ты чего?! У него же дифтерия!» И правда… А откуда мне было знать? Забытая была болезнь, я её только на картинках видела! А ведь так и чуму пропущу…

С тех пор стала серьёзнее относиться ко всем жертвам советской медицины — даже симптомы оспы на всякий случай выучила.

Поэтому в этот раз я всё сделала правильно. Надо бы сказать отдельное спасибо министерству, оно заботится о нашей квалификации, памятки шлёт пачками про мытьё рук и ношение масок — со всякими благоглупостями, короче; но главное всё же — внимательность к людям.

Это случилось в обычный четверг. Коридор поликлиники в тот день — как, впрочем, в любой другой — был забит: стайки проходящих медосмотр рабочих и бюджетников, очередь бесплатников к соседу на УЗИ, бабушки, пришедшие посудачить и пожалобиться на болячки. Я только что отпустила деда без руки — ему нужна была справка для перепрохождения комиссии на инвалидность, — взглянула на часы (было 12:07), потом посмотрела в окно, подумала: «Какой чудесный день!» — как за дверью послышалась ругань:

— Куда прёшь?! В очередь!

— Я только спросить!

В кабинет ввалился, вырываясь из цепких женских рук, «только спросить» — высокий парень лет двадцати пяти. К лицу он прижимал сложенный вчетверо шарф, поэтому я сразу заметила инъецированность склер: белки глаз были будто покрыты плотной паутиной красных жилок. Наверное, из-за этого, заподозрив мышиную лихорадку, я его не выгнала, когда он выдал несколько фраз, прерываемых сухим кашлем:

— Простите, доктор, я не местный и без полиса… В регистратуре меня посла… отправили домой, но так кости и мышцы ломит, и… вообще очень неважно себя чувствую… Подскажите, куда мне обратиться?

— Ну… хорошо, садитесь, — я указала на стул и протянула термометр. — Давайте пока температуру измерим. На что жалуетесь?

Записала — под непрекращающийся кашель — данные пациента, анамнез: когда почувствовал недомогание, симптомы (миалгия, головная боль, подкожные гематомы), спросила, всё ещё надеясь на старую добрую геморрагическую с почечным синдромом:

— В деревне давно были? Может, семечки ели, погреб подметали?

— Я в городе живу, работаю на химзаводе. У нас там ничего не выживает, — ответил он. И добавил: — Правда, недавно в отпуск ездил.

— Куда?

— В Тай.

И тут меня осенило. Да так, что пот прошиб. Залезла в медицинскую энциклопедию, проверила свои подозрения…

— Верочка, — обратилась к своей медсестре. — Выгляни в коридор: там много народа? — И к больному: — Вы долго сидели в очереди?

— Минут пятнадцать, пока тот дед у вас был.

— Человек двадцать, — сказала Вера.

— У нас есть какой-нибудь хлоргексидин под рукой? — спросила я, заранее зная ответ, и стала писать завполиклиникой по локальной сети: «Такой-то, такого-то года рождения, заболел тогда-то, клиническая картина такая-то, эпиданамнез, предположительный диагноз, оценочное число контактных…»

Пока набирала сообщение, сосредоточилась — и приступ паники отступил: выпрыгнуть в окно расхотелось.

Все службы сработали достаточно оперативно. Правда, в универсальной укладке на случай ООИ оказались просрочены средства экстренной профилактики, а инфекциониста пришлось поискать — после оптимизации остался один-единственный на весь город. Когда он добрался до нас, мы с Верой невольно улыбнулись: из комбинезона третьего класса соорудили импровизированный «противочумный костюм» класса «2+» — добавили очки для плавания и строительный респиратор. Но когда он кивнул, соглашаясь с моим диагнозом, стало не до улыбок: нас вместе со всеми, кто находился на этаже и не догадался улизнуть, закрыли на обсервацию; главврач выставил посты на выходе из поликлиники — записывали каждого, кто покидал здание; проходившие медосмотр мужики, сообразив, что происходит что-то не то, стали вырываться. Пришлось вызвать полицию, но она предпочла держаться на расстоянии. Если бы не отчаянные камикадзе из МЧС, сумевшие навести порядок голыми руками и матом, так бы все и разбежались.

Я попрощалась с любимой кофтой из чистого кашемира — всю нашу верхнюю одежду замочили в хлорке, взамен выдали халаты и заперли по наспех переоборудованным кабинетам. Первый шок сменился суетой. Позвонил сонолог («Какого чёрта? Я из-за тебя кучу денег теряю! Нельзя было по-тихому всё сделать?!»), потом — из страховой наехали («Почему вы приняли пациента без полиса?»), и следом до меня снизошёл завгорздрава:

— Меня только что мэр вызывал на ковёр. Ты абсолютно уверена в диагнозе?

«Абсолютно?! Мне бы безумно хотелось ошибаться», — подумала я, но отвечать на глупый вопрос, к счастью, не пришлось — зав продолжил:

— Он спрашивал, какая у тебя квалификация, соответствуешь ли должности… Ты же понимаешь: выборы на носу, а ты тут такую панику развела!

— Но, Василий Андреевич, я следовала протоко…

— Помолчи! У нас тут город собираются на карантин закрывать! Даже если тревога ложная — пока анализы доедут до округа, пока пятое-десятое — ты хоть понимаешь, в какую копеечку это встанет?

— Но ведь есть экспресс-тесты…

— Я тебя умоляю! В общем, так: если придут отрицательные результаты, напишешь по собственному желанию вчерашним числом. И молись, чтоб чего похуже не вышло!

Что такое «похуже», я поняла скоро. Через пару часов дозвонился муж:

— Тебя тут искали. Представился дознавателем.

— «Искали»?! Они что, не знают, где я? Что ему нужно?

— Расспрашивал о твоём прошлом: не замечал ли я чего такого, нет ли подозрительных знакомых. Увлечениями интересовался.

— Что ты ответил?

— Ничего, предложил зайти, посмотреть твои макраме. А он взял и убежал. Что у вас там творится? Чума?

— Нет, ничего страшного… Ты вот что… не ходи никуда. И детей на улицу не пускай.

Это действительно была чума. Но её бациллами оказались не микробы, а люди, в чьих подозрениях и в переходящем в ненависть страхе я увязла, как муха в патоке, пока за дверьми изолятора медленно угасало всё, во что я верила: человечность, разум, правда. Да, в общем-то, пусть — всё это становилось далёким и незначительным. Важными оставались только здоровье сына с дочерью и опустошающее бессилие от невозможности их защитить. Когда сил рыдать не осталось, мир сузился до размеров этой комнаты с кушеткой, рентгеновским аппаратом и белым потолком с ползущей по нему, отсчитывая безликие дни, тенью. Каша по утрам становилась всё жиже, а снег на улице — грязнее.

Когда снег сошёл, всё кончилось. В итоге выяснилось: переболели многие, но умерло меньше, чем было заготовлено гробов. Грамотой от имени администрации меня всё же наградили, а спустя неделю вызвал главный: «Ты, конечно, умница, но из-за недополученных доходов мы вынуждены оптимизировать штат», — и, чтобы оправдать себя, начал подталкивать меня к самообвинению: столько-то перитонитов из-за запоздалого обнаружения аппендицитов, столько-то инфарктов. Даже к постродовым осложнениям я оказалась причастна.

Да, я умница. Всегда старалась соответствовать этому званию. И сейчас тоже: сразу поняла, что жизни не дадут, и ушла по собственному.

В центре занятости дали две вакансии: охранницей в ЧОП и продавщицей в супермаркет. Выбрала последнюю. Ничего, работа как работа — такое же начальство с тараканами в голове. Правда, с этими ревизиями и недостачами семью вижу редко, и муж, наверное, скоро уйдёт к другой. Ну и ладно.

По старой привычке диагностирую покупателей на глаз: у этой — цирроз печени, у того — застарелый туберкулёз… Но это их проблемы. Я больше не Александр Матросов, на рожон не лезу: тише сидишь — больше пенсию высидишь.

В конце концов спасать людей найдутся герои, которым за это платят, а жизнь — она ведь как скоротечная лихорадка, и нужно успеть насладиться простыми радостями. Вот сейчас, например, за окном прекрасный денёк, солнце ярко светит, птички поют, на часах 12:07 — значит, смена скоро кончится…

 

«Дежавю какое-то, — передёргивает меня. — Надо же так всю жизнь было представить наперёд, как будто с мужчиной только что познакомилась».

— Куда прёшь, зараза?! — слышится ругань из-за двери.

В кабинет вваливается молодой человек лет двадцати пяти на вид. Начинает с порога:

— Простите, доктор, я не местный и без полиса… В регистратуре меня посла… отправили домой, но так кости и мышцы ломит, и… — Он надсадно кашляет.

— Вам всё правильно сказали, — пользуясь паузой, перебиваю я. — У вас обычная ОРВИ, сейчас многие болеют, ничего страшного.

— Но у меня температура тридцать девять, я не доеду восемьдесят километров до дома.

— Но до нас же дошли как-то? Обратитесь по месту жительства, — строгим тоном говорю ему. — Я вас принять не могу, меня накажут. Вы работаете?

— Да, на заводе.

— Вот видите, даже больничный вам не открою. — Но жалость пересиливает. Я кладу на край стола анальгин с нурофеном: — Выпейте, это снизит жар, и спокойно доберётесь. Остальное — как обычно: постельный режим, обильное питьё…

— Спасибо, доктор…

— Не за что. Выздоравливайте. И сходите к своему врачу!

— Гастарбайтер, что ли? — предположила Вера, когда дверь за мужчиной закрылась. — Как можно без полиса жить? Ещё ходит, кашляет на всех.

— Ну почему сразу гастер? Деревенский, скорей всего, — рассудила я, чувствуя удовлетворение от того, что всё сделала как положено. — Ты вот что, сходи к старшей медсестре, пусть выделит грамм сто формалина.

Верочка вернулась через пять минут:

— Вот, спиртовые салфетки в фойе купила. У нас на этаже пусто, а там ужас какое столпотворение!

— Что случилось?

— Да какой-то кандидат подарки раздаёт. Вы, кстати, пойдёте на выборы?

— Не знаю, как погода будет. А кого выбираем?

 

Погода выдалась слякотная, и выборы, несмотря на малое количество избирателей, дошедших до участков, прошли успешно: выездные комиссии с переносными ящиками и в костюмах первого класса сумели обеспечить хорошую явку.

 

Примечания:

ООИ — особо опасная инфекция

Сонолог — специалист по УЗИ

Миалгия — мышечная боль

 

Рустам Мавлиханов. Родился 15 июля 1978 года в г. Салавате (Башкирия). Публиковался в журналах и альманахах «Журнал ПОэтов», «Изящная словесность», «Нижний Новгород», «Метаморфозы», «Бельские просторы», «Балтика», «Идель», «Сура», «Воскресенье», «Полночь в Петербурге», «ЛиФФт», «Уральский книгоход», еженедельнике «Истоки». Путешественник. Живет в Салавате.

 

09.04.20202 446
  • 8
Комментарии
Booking.com

Ольга Смагаринская

Соломон Волков: «Пушкин — наше всё, но я бы не хотел быть его соседом»

Ольга Смагаринская

Михаил Богин: «Я попал под горячую руку холодной войны»

Виктор Есипов

Майя

Борис Фабрикант

Валентина Полухина: «Я, конечно, была влюблена в Бродского»

Павел Матвеев

Анатолий Кузнецов: судьба перебежчика

Ирэна Орлова

Полина Осетинская: «Я долго воспитывала свою аудиторию»

Наталья Рапопорт

Это только чума

Павел Матвеев

Хроника агонии

Павел Матвеев

Смерть Блока

Ирэна Орлова

Сегодня мы должны играть, как кошка мяукает — мяу, мяу...

Ирина Терра

«Делай так, чтобы было красиво». Интервью с Татьяной Вольтской

Владимир Эфроимсон

Из воспоминаний об Арсении Тарковском

Марина Владимова

Я помню своего отца Георгия Владимова

Павел Матвеев

Приближаясь к «Ардису»

Александра Николаенко

Исчезновения

Владимир Захаров

В тишине

Владимир Гуга

«Скоропостижка». Интервью с писателем и судмедэкспертом

Наталья Рапопорт

Юлий Даниэль: «Вспоминайте меня…»

Владимир Резник

Ракетчик Пешкин

Людмила Безрукова

Шпионские игры с Исааком Шварцем

Booking.com
Уже в продаже ЭТАЖИ №2 (26) июнь 2022




Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №2 (26) июнь 2022
Наталья Рапопорт Тайная история советской цензуры
Игорь Джерри Курас Камертон
Дмитрий Макаров Затонувший город
Людмила Штерн Зинка из Фонарных бань
Татьяна Разумовская Совсем другая книга
Анна Агнич Зеркальная планета
Коллектив авторов «Я был всевозможный писатель…»
Марат Баскин Китайский хлеб
Дмитрий Петров ЦДЛ и окрестности. Времена и нравы
Мариям Кабашилова Просто украли слово
Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №1 (25) март 2022
Этажи Вручение премии журнала «Этажи» за 2021 год. Чеховский культурный центр
Ежи Брошкевич (1922-1993) Малый спиритический сеанс
Нина Дунаева Формула человека
Дмитрий Сеземан (1922-2010) Болшевская дача
Михаил Карташев «Сто лимонов» в Доме Моссельпрома
Валерий Бочков Судьба рисовальщика
Коллектив авторов Андрей Новиков: «Но жить в борьбе со здравым смыслом — не сильный кайф»
Андрей Новиков (1974-2014) Лабиринты судьбы
Наверх

Ваше сообщение успешно отправлено, мы ответим Вам в ближайшее время. Спасибо!

Обратная связь

Файл не выбран
Отправить

Регистрация прошла успешно, теперь Вы можете авторизоваться на сайте, используя свой Логин и Пароль.

Регистрация на сайте

Зарегистрироваться

Авторизация

Неверный e-mail или пароль

Авторизоваться