литературно-художественный журнал «ЭТАЖИ»

etazhi.red@yandex.ru

Игорь Джерри Курас

Камертон

29.06.2022
28.11.20174 999
Автор: коллектив авторов Категория: Проза

Два рассказа-победителя на конкурсе "Рассказы о городах"

Иллюстрация Риммы Мустафиной

Конкурс «Рассказы о городах» был придуман писательницей Ульей Новой, которая летом 2017-го года презентовала в литературной мастерской LITBAND свою новую книгу. В течение 4-х месяцев в закрытой группе инкогнито публиковались рассказы студентов LITBAND, после чего Улья выбрала лучшие на ее взгляд. Сегодня журнал «Этажи» публикует два рассказа-победителя.

 

Юлия Ренн

Перелом

 

Заскрипела ветка векового дерева. Отключили фонари. Включили фонтаны. На улицах и переулках Москвы метут ночную грязь. Новое утро в центре большого города.

Головой на мешке из магазина МЕТРО, под тёплым одеялом на лавочке у Третьяковской галереи спит Зина. И вчера здесь спала. Весь июль так — сон на лавке Толмачевского переулка среди природы: водопад-фонтан прямо за спиной, краски цветов в гранитных квадратных клумбах, деревья вокруг, птицы поют. Хорошо. Красиво.

Зина любит красоту: у неё идеально ровно накрашены ногти синим, гладко расчёсаны волосы. Её немного полное тело — в старенькой, но всегда чистой однотонной одежде. Кожа на лице у неё загорелая, морщинистая, без отёков — Зина алкоголь не пьёт. Вредно это.

Квартира-то у Зины есть. В центре, недалёко от Третьяковки. Но там тоска. Там душа не поёт, гармония и вдохновение не приходят. А ещё там муж пьяниц собирает — отчаялся, не реализовался, жалко его. Он слабый, а Зина сильнее, ей всё нипочем. Так что: лавочка, фонтан, вековые деревья, смотреть на небо, дышать полной грудью, экспериментировать.

— Зин, блин, ты что ли? Симпатичный лак. Ты мне денег должна, помнишь?

— Зина, вот это встреча! Давай только не будем обниматься, а то я простывшая, не хочу тебя заразить.

— Зинка? Нет, простите, обознался.

Каждый день мимо пробегают люди. Случайные персонажи прошлого. На их вопросы можно не отвечать. Всё мимо, в душу никто не смотрит.

Спешат.

В банки, корпорации, документы на итальянскую визу подавать, картины в галереях рассматривать, на газонах Музеона нежиться, беседовать о прибылях, отвлекаться на очередное сообщение в телефоне, нервничать.

Такая жизнь. Гонка. Москва.

К вечеру разыгрался ветер. Заскрипели крыши. Небо над храмами Замоскворечья меняет одни хмурые краски на другие. Красиво.

Зина покрепче укуталась фиолетовым плюшевым одеялом, с большой свисающей к тротуару дырой, сверху накинула строительную плёнку — скорее всего будет дождь, но под деревом её сильно не промочит. Уснула быстро — день был сложный.

Проснулась тоже быстро. Стихия за это время в Москве развернулась. Красота пропала, а на Зину с треском, визгом и вселенским грохотом падало дерево. Быстро падало. Быстро упало.

Упало так, что ужас парализовал безграничную Зинкину душу. Упало так, что полностью зажало тело и сковало движения. Но, слава Богу, упало так, что упёрлось в гранитную цветочную клумбу — кажется, Зина жива, кажется, не поломана.

Два мужика прибежали на Зинкин визг. Вытаскивали долго. Не вышло. Звали ещё помощи: третьего, четвёртого мужика, сколько ещё их было? Кричали, советовались, всю свою мужицкую силу отдавали. Зинку спасли.

Она целовала их крепко, как своих. Каждого. И никто не отвернулся от её объятий. Даже плакали с кем-то вместе. Она им прямо криком всем говорила, что люди они. ЛЮДИ! ЛЮДИ!

Пакет из магазина МЕТРО спасли, одеяло не стали — бросили. Зина подхватила пакет и побежала, как никогда не бегала. Домой. Жить!

После шторма мимо проносился уже другой город: сбиты фонарные столбы, целые районы остались без деревьев, сорваны крыши, помяты машины, погибли люди. Зина жива. Жива! Бежит, не останавливается.

 

Следующим утром Зина выгнала мужа. Он ей и не муж-то вовсе. Так и жили годами, не расписывались, ждали его прорыва в учёном мире.

Потом позвонила подруге-психологу: её эксперимент над Зинкой по открытию творческого потока и вдохновения закончен. Больше никаких ночёвок на лавочках и никаких маскировок. Никаких мужей-пьяниц и никаких подруг-психологов. Жить теперь надо! И учебный год скоро начинается, Зина будет учить детей красоте: видеть её, запоминать её, рисовать. Рисование важный предмет в школе, Зинаида Петровна должна стараться для детей.

Она положила трубку, расчесала гладко волосы, открыла все окна, впустила в дом свежести, достала из дальнего ящика кисти, краски и приступила к прорисовке новой учебной программы для ребят из пятого Б.

 

Юлия Ренн, окончила Санкт-Петербургский государственный университет, факультет менеджмента (высшая школа менеджмента). Дважды проходила писательские курсы LITBAND на ARTPLAY (в первый раз — у Качалкиной, второй раз – у Курочкиной).

 

Мария Кунина

Как я первый раз мыл полы, или В кинотеатрах всегда играют джаз.

 

Представьте себе такую картину: Москва, около восьми часов после обеда, Колпачный переулок, который извилисто спускается от Покровки к Хохловскому переулку, щебечут птицы у Лютеранского собора, я и мой друг Рыжий орем, скатываясь на черном рояле вниз по переулку, вечереет. 

Ситуация явно нестандартная, скажете вы.

На самом деле, начиналось все совсем не так.

Началось все с того, что я и мой друг Рыжий болтались по Покровке и дискутировали о чем-то чрезвычайно важном. Потом зазвонил телефон и в трубке послышался женский голос: 

— Сейчас же забирай свои вещи! Рояль в первую очередь! И не звони мне!

— Окей, — сказал мой друг Рыжий и мы пошли забирать рояль в первую очередь.

Рыжий часто попадал в истории. Так мы и познакомились.

 

В Москву я переехал пару месяцев назад из Петербурга, где произрастал в тепличной среде потомственных художников. Там и апартаменты на Восстания, и потолки пять метров, и чай пить с оттопыренным пальцем. А быть писателем — смертельный грех. Логично, что произошло дальше. Родственники сказали, что у меня в прадеда бунтарство, он опустился до поэта-революционера, и махнули на меня рукой. А спустя пару часов я махал белым ночам Петербурга, запрыгивая на ночной плацкарт до Москвы. Жить мне было негде. И после ознакомительных прогулок по показательным местам столицы, ночевать я решил в кинотеатре. Кроме меня в зале был ровно один человек. Он сел на соседнее кресло, подождал секунд 15 для приличия и начал рассказывать, что он думает об этом фильме. Так я и познакомился с моим другом Рыжим.

Рыжий треть своего времени проводил в кинотеатрах, треть — в театрах и еще треть — в спорах по любым вопросам. Рыжий становился режиссером и знал, как прожить в Москве не имея лишних денег, но стильно.

Хозяйкой голоса из телефона оказалась барышня с квартирой в тихом дворе Армянского переулка. И когда с третьего этажа в тихий двор начали падать вещи, мой друг Рыжий выкатился на рояле из подъезда.

— Хорошо не с третьего этажа, — резюмировал он. Давай уже пристроим этот рояль куда-нибудь.

Рояль был черный, блестящий, а главное, на ходу. Поэтому, было принято решение рекомендовать рояль нашему состоятельному другу Мите. Митя открывал свое первое кафе в Хохловском переулке, так что звезды складывались как нельзя хорошо.

Вся эта история и приводит нас к первому кадру с Колпачным переулком, черным роялем, мной и моим другом Рыжим.

 

Как вы, наверное, знаете, Колпачный переулок под некоторым уклоном ведет к Хохловскому переулку. А кафе нашего состоятельного друга Мити находится ровно напротив Колпачного переулка. В общем, я и мой друг Рыжий попали точно в цель. Да, в сверкающую и натертую витрину нового Митиного кафе.

И вот, влетаем мы в кафе, густо посыпая пол сверкающей и натертой витриной, наш состоятельный друг Митя роняет первую чашечку эспрессо, и превращается в Дмитрия Афанасьевича. Мой друг Рыжий слезает с рояля, отряхивается и изрекает:

— Нет, Митя. Это не кафе. Еще одно обычное кафе в Москве никому не нужно. Это кинотеатр, Митя. А в кинотеатрах всегда играют джаз.

Не сразу, но Дмитрий Афанасьевич вернулся в нашего состоятельного друга Митю. А мы пару часов донимали прохожих расспросами о том, как мыть полы. Ни я, как выходец из потомственной семьи художников, ни мой друг Рыжий, который в принципе дома не жил, не имели представления, как это происходит. В конце концов, нам поверили, и до полуночи мы вымывали листья, мусор и сверкающую натертую витрину из нового Митиного, но уже не кафе.

Но об этом позже.

Как Митино новое кафе перестало быть кафе и стало кинотеатром — совсем другая история.

 

Мария Кунина, живет в Москве, пишет истории про города и разных людей, которые в этих городах живут. Учится в Литературном институте по направлению «проза», любит Мариенгофа, рассказы Хэмингуэя и циничную изящность Остапа Бендера. Снимает портреты друзей-актеров, играет на рояле, скрипке и укулеле, а в перерывах варит кофе в турке.

28.11.20174 999
  • 10
Комментарии
Booking.com

Ольга Смагаринская

Соломон Волков: «Пушкин — наше всё, но я бы не хотел быть его соседом»

Ольга Смагаринская

Михаил Богин: «Я попал под горячую руку холодной войны»

Виктор Есипов

Майя

Борис Фабрикант

Валентина Полухина: «Я, конечно, была влюблена в Бродского»

Павел Матвеев

Анатолий Кузнецов: судьба перебежчика

Ирэна Орлова

Полина Осетинская: «Я долго воспитывала свою аудиторию»

Наталья Рапопорт

Это только чума

Павел Матвеев

Хроника агонии

Павел Матвеев

Смерть Блока

Ирэна Орлова

Сегодня мы должны играть, как кошка мяукает — мяу, мяу...

Ирина Терра

«Делай так, чтобы было красиво». Интервью с Татьяной Вольтской

Владимир Эфроимсон

Из воспоминаний об Арсении Тарковском

Марина Владимова

Я помню своего отца Георгия Владимова

Павел Матвеев

Приближаясь к «Ардису»

Александра Николаенко

Исчезновения

Владимир Захаров

В тишине

Владимир Гуга

«Скоропостижка». Интервью с писателем и судмедэкспертом

Наталья Рапопорт

Юлий Даниэль: «Вспоминайте меня…»

Владимир Резник

Ракетчик Пешкин

Людмила Безрукова

Шпионские игры с Исааком Шварцем

Booking.com
Уже в продаже ЭТАЖИ №2 (26) июнь 2022




Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №2 (26) июнь 2022
Наталья Рапопорт Тайная история советской цензуры
Игорь Джерри Курас Камертон
Дмитрий Макаров Затонувший город
Людмила Штерн Зинка из Фонарных бань
Татьяна Разумовская Совсем другая книга
Анна Агнич Зеркальная планета
Коллектив авторов «Я был всевозможный писатель…»
Марат Баскин Китайский хлеб
Дмитрий Петров ЦДЛ и окрестности. Времена и нравы
Мариям Кабашилова Просто украли слово
Ирина Терра От главного редактора к выпуску журнала «Этажи» №1 (25) март 2022
Этажи Вручение премии журнала «Этажи» за 2021 год. Чеховский культурный центр
Ежи Брошкевич (1922-1993) Малый спиритический сеанс
Нина Дунаева Формула человека
Дмитрий Сеземан (1922-2010) Болшевская дача
Михаил Карташев «Сто лимонов» в Доме Моссельпрома
Валерий Бочков Судьба рисовальщика
Коллектив авторов Андрей Новиков: «Но жить в борьбе со здравым смыслом — не сильный кайф»
Андрей Новиков (1974-2014) Лабиринты судьбы
Наверх

Ваше сообщение успешно отправлено, мы ответим Вам в ближайшее время. Спасибо!

Обратная связь

Файл не выбран
Отправить

Регистрация прошла успешно, теперь Вы можете авторизоваться на сайте, используя свой Логин и Пароль.

Регистрация на сайте

Зарегистрироваться

Авторизация

Неверный e-mail или пароль

Авторизоваться