литературно-художественный журнал «ЭТАЖИ»

etazhi.red@yandex.ru

14.01.2023444
Автор: Анна Лужбина Категория: Проза

Стыд

Рисунок Марины Козинаки
Мрамза не смотрит на последнюю парту. Давид и Татащ рисовали не на бумаге, а друг на друге. У них зеленые лица, желтые волосы, красные руки.

— Поставите двойку — я стану таким же, как Аста Чагава! — стонет Татащ, когда раздается звонок. — Мне надо закончить школу, а учителя злые, ну, Мрамза Хосовна!

Мрамза знает вроде бы, что вестись нельзя, но рисует им в журнале тройки. Вдавливает ручку так глубоко, что цвет чернил из синего становится черным. Давид и Татащ проходят мимо ее стола, заглядывают в журнал и гогочут. Когда их уже не видно, Мрамза шепчет беззвучно, что Аста, может, и не оканчивал школы, но по рисованию был отличником. У Мрамзы над столом висит рисунок с пятиногим барашком, этот рисунок для нее сделал Аста. Каждая нога барашка обута в черный человечий сапог, и когда Мрамзе тяжело, она рассматривает эти сапоги.

Мрамза выходит на школьный двор. Прячет в кошелек обручальное кольцо, застегивает пиджак до последней пуговицы. От школы идет по тропинке — прыг на бетонные плиты, отсюда видно узкую полоску моря, цветущие кусты, волосатую пальму, а еще многоэтажку. Окна многоэтажки то черные, без стекла, то белые, со стеклопакетами. В одном из белых живет Мрамза, но идет она не домой, а от дома.

У Мрамзы большая голова, худая шея, сутулые плечи. На улице тепло, но ей холодно, потому что стыдно. Она выходит к железнодорожным путям, только поезда здесь не ходят. Всё вокруг заросло дикой розой, папоротником, закрутилось вьюнком. Над ручьем шелестит шелковица, скидывает зрелые ягоды и листики. Мрамза срывает несколько ягод, и пальцы становятся синими. Она вспоминает, где рядом с домом растет шелковица, если спросят муж или мама, почему у нее такие грязные руки.

Из покосившейся будки выглядывает собачка с пятнистым носом и бежит за Мрамзой, как за хозяйкой. Мрамзе хочется почесать ее за ухом, но собачка останавливается, кусает свой грязный бок, и Мрамза прячет руки в карманы. Вдоль путей — разноцветные домики, в каких-то из них живут, а где-то только фундамент остался и дырявый забор. От забора к забору бродят цыганки в платках, в пестрых юбках. У домов сидят в клетках волнистые попугайчики, чирикают, чешут клювы.

Когда стемнеет, цыганки возьмут попугайчиков на руку и пойдут в центр, к морю, гадать русским туристам. Мрамзе тоже как-то нагадали большую любовь, семейное благополучие, восемь детей. Она пошутила тогда, что работает учительницей в школе и детей у нее не восемь, а шестьдесят. И после краснела, потому что цыганки в ответ хохотали, а муж сердился.

В сумке у Мрамзы детские рисунки, бумажные журавли, учительская премия, завернутая в газету. Вдалеке видно ущелье с заросшими боками, с каменным лицом, глядящим на море. Здесь уже ни людей, ни домиков, даже собака убежала куда-то. От тугого пучка гудит голова, и Мрамза вытаскивает из волос жесткие шпильки.

Железнодорожные пути раздваиваются: одни ведут сквозь ущелье, а вторые, едва заметные, в колючие заросли. Мрамза выдыхает, лезет через колючки, потом смотрит по сторонам и улыбается. Вот зелёная поляна, за ней море, и даже крапинки кораблей блестят вдалеке. Рельсы заканчиваются у горной стены, а в тупике стоят грузовые вагоны, в которых Мрамза хранит секреты. Она проводит здесь по два часа каждый вторник, а если повезет, то и в пятницу. В эти дни по расписанию школьный кружок, на который никто не приходит.

Здесь случаются камнепады, и камни разбросаны по всей поляне, будто чьи-то игрушки. Еще на поляне ромашки, сваленный кучей чернющий уголь, гигантские ржавые шурупы и гайки, а по вагонам ползет виноград. Мрамза идет к вагону, забирается внутрь — в глубине темно и душно, ближе к выходу лежит свернутое одеяло. Рядом — огрызки, высохшие косточки персиков и черешни, вьются мелкие мушки. Сложены книги, и Мрамза берет одну, чтобы рассмотреть обложку, в страницах вырезана ямка и спрятан абхазский нож с деревянной ручкой. Мужчины любят ножи, даже дети ходят в школу с ножами, даже дети…

— Мрамза Хосовна?

К вагону подходит Аста, в руках у него ведро воды, а на плече полотенце. Аста красивый, узкий и вытянутый, как молодое деревце. Он ставит ведро на землю, не пролив ни капли, и отгоняет рукой насекомых.

— Я принесла кое-что, — улыбается Мрамза.

Аста подходит ближе, от него пахнет медом и морем. На поясе у него еще один нож, нос перепачкан черешневым соком.

— Ты ведь тоже делал это, ты помнишь? — Мрамза отрывает зубами кусочки скотча, вешает детские рисунки на стены вагона. В темноте мало что видно, но ей кажется, что становится светлее от журавлей и барашков, от того, что на всех рисунках желтое солнце. — Твой был красивый барашек, Астик, очень красивый.

— Самый красивый у Кати был, я думаю так.

Аста сегодня сердитый — Мрамза чувствует его настроение по одному слову и кусает в задумчивости губу. Он смотрит на землю, а не в глаза, и вытаскивает нож, чтобы поковырять ржавую шелуху вагона.

— Да нет же, что красивого в идеальном барашке, там нет свободы, у этих отличниц, зубрилок… — аккуратно говорит Мрамза.

— Кажется, у моего барана пять человечьих ног было?

— Я повесила твоего барашка в кабинете, он до сих пор там висит, и, когда его вижу, я вспоминаю о тебе, дорогой.

Мрамза улыбается, пытается поймать взгляд Асты. В школе и правда можно думать о чем угодно, и здесь тоже можно. Только дома нельзя, ведь мама мужа сказала, что читает чужую память, как книгу. Мрамза вроде и не верит маме, но когда смотрит в ее глаза, то боится. Глаза у мамы черные, и ресницы толстые от туши, похожи на лапки жуков.

Страшнее всего Мрамзе вспоминать день, когда Аста после урока обнял ее за талию, сжал и пошевелил пальцами. А еще страшно вспоминать любовный сон, или когда Мрамза выкурила сигарету, когда своровала у мужа деньги прямо из кармана его рубашки, когда стала таскать в грузовой вагон вещи. Когда там же укрыла Асту, будто и его тоже украла, как вещь.

Аста сидит на ступеньке вагона, а Мрамза собирает ромашки, чтобы сплести венок. Ромашка к ромашке, мало кто плетет так же красиво, как она. Потом опускается рядом, протягивает Асте завернутые в газету деньги. Скидывает на землю квадратные туфли, ставит стопы на нагретую траву.

— Мужчина не берет у женщины деньги, — говорит Аста низким голосом и смотрит на газету с таким видом, будто видит в ней плохую новость.

— Это мой подарок. А это у тебя что?

Мрамза слюнявит палец и стирает с носа Асты пятнышко сока.

— Меня поймают! — Аста резко отстраняется, поднимает руки к небу. — Я слышал утром голоса детей! Они обязательно скажут, что здесь прячется кто-то. Бог все видит!

— Здесь ходят мальчики, но это ерунда, никто сюда не придет. Мало ли кто может жить в вагоне? Никому нет дела. Ты видел в том черном углу мой секретный мешок? Там есть все: и горелка, и мягкий коврик, и чача. Еще немного — и можно будет бежать…

Мрамза останавливается, чтобы не рассердиться, на уме у нее еще много слов. Местные босоногие мальчишки правда ходят здесь по вершинам, она видела их несколько раз.

— Слушай, Аста, слушай! — продолжает Мрамза. — Ты знаешь про такое место, Псху? Это высоко в горах. Там есть где жить, и зимой туда не пробраться. Там можно переждать зиму, а потом пересечь границу, когда все про нас забудут.

— Тебе зачем это? Зачем со мной идти? Зачем помогать?

— Мне хорошо с тобой…

Аста сердито дышит.

— Я виноват перед всем городом, Мрамза Хосовна.

— Пожалуйста, называй меня Мрамзой.

— Я не могу тебя так называть! Я мог бы называть тебя мамой, но я уже взрослый мужчина и мне не нужна мама, чтобы заботиться, я сам о себе забочусь. Дай мне думать, помолчи.

Мрамза трясет коленкой. Встает, подходит к горе, смотрит наверх. Она часто смотрит на гору. Камни складываются в ступеньки, и на последней желтеют цветы. Над ними в голубом небе бледная круглая луна, а между луной и цветами как будто чья-то голова. Мрамза моргает несколько раз — и головы уже не видно. Мягкие ромашки падают на землю. Ну и ладно, Мрамза соберет новые, пока Аста думает. Она поднимает одну, шепчет, отрывает лепестки. Любит — может полюбить. Любит — может полюбить. Ромашка висит в руке, как шнурок.

— В горах тропы узкие, не пройдешь плечом к плечу, так рассказывал отец! — кричит ей Аста. — Либо одному идти, либо друг за другом, от старшего сына к младшему. Как я могу взять с собой учительницу, слушай? Ты замужняя женщина, как мне отмыться потом от такого греха?

— Твоя семья думает о твоем грехе, но не думает о своем! — хрипит Мрамза. — Они думают тебя убить, это ли не главный грех?

Семья и соседи разговаривали с Астой три раза. За длинным столом, но без еды и вина, как с мертвецом. Среди деревьев вокруг стола тоже сидели люди, чтобы цокать и качать головами. Мрамза напросилась на разговор как любимая учительница Асты, говорила с ним за всю школу. Тоже качала головой, трясла пальцем. Вот только сказала она ему совсем не то, что говорили другие. Прошептала, что у нее есть план, а еще что знает место, где можно спрятаться.

Когда Аста сбежал к Мрамзе, его отец кричал и плакал. И все женщины плакали, и Мрамза тоже на всякий случай плакала, и даже вырвала клок волос. Отец смял в кулаке фотографию Асты, вышел к сердцу двора, кинул ее в песок и растер ботинком. Мрамза сказала Асте: возвращаться нельзя, тебя могут убить.

— Сбежим в Псху, Аста, скажем, что мы муж и жена. Ты ведь актер, Аста, я так думаю. Сыграй мне мужа ради нашего спасения. Тебе же не было стыдно, пока не…

— Ты не видела этот фильм, — стонет Аста.

Мрамза кивает. Но Мрамза видела. Про фильм знал весь город, вся школа гудела о нем каждый день. Мрамза заворачивалась в черный платок, покупала кассету в ларьке. В этом ларьке на окраине города у фильмов даже нет названий. Вся очередь к ларьку без лиц и в черном, никто не показывает ни глаз, ни носа, ни даже пальца. «Дай мне тот фильм, где Астик Чагава», — прошептала продавцу Мрамза.

Аста в фильме такой красивый и голый. Мрамза так себе все и представляла. Даже в школе, когда он шевелил пальцами на ее боку, Мрамза чувствовала через ребра такое, чего никогда до этого не чувствовала. Такие горячие пальцы могли прожечь пиджак Мрамзы, как раскаленный утюг.

 Асте сказали, что фильм отправят в Америку, заплатили сто долларов за съемку. Он сразу же прогулял все деньги и почти сразу же все забыл. В Америку фильм не попал, а все кассеты раскупили родственники.

— Аста!

— Это ветер, — мягко говорит Мрамза. — Если хочешь, спрячемся в вагоне.

— Аста! Аста!

От ущелья тянутся, как дым, голоса, и голосов все больше. Мрамза прыгает в темноту вагона, хватает мешок и деньги.

— Я тебя спасу! — кричит Мрамза, выпучив глаза. — Просто нужно бежать вместе! Иначе каково мне будет одной? Ты такой же, как я, ну, ты!

В гору Мрамза карабкается быстро-быстро, ей кажется, что она — серна. А еще ей кажется, что Аста лезет следом, и она старается ступать легко, чтобы его не завалило камнями. Мрамза забирается наверх, но за ее спиной до самого моря не видно ни одного человека. Только многоэтажки-коробочки, маленькие игрушечные гаражи, белесый след от самолета.

С другой стороны ущелья доносятся разные голоса. Мрамза скидывает пиджак и подходит к самому краю. Волосы закрывают лицо, потому что Мрамза растеряла все шпильки. Волосы у Мрамзы то прямые, то кудрявые, и все разных цветов. Седые, каштановые, черные.

Вот внизу стоит отец Асты, а вот его соседи и одноклассники. Мрамза видит, как все больше людей выходит к рельсам. И бабушки в черном, крохотные и горбатые, и дедушки с портретами предков — все они пришли стыдить его, трясти клюкой и ахать.

Мрамза подходит к краю обрыва, волосы развеваются, как змеи. Она широко открывает рот и кричит:

— Уходите отсюда, или прыгну!

Внизу не становится тише, ветер тащит голос в горы. Людей под ногами все больше, будто весь город пришел, вся страна. Мрамза делает шаг вперед, и по ущелью катятся камушки. Внизу из колючих кустов медленно выходит Аста. Голова опущена, спина сутулая. Аста подходит к отцу, падает на колени к его ногам.

В животе у Мрамзы крутится тошнота. Она делает теперь шаг назад, спиной, еще один и еще. Мрамза оборачивается к горам: здесь тропинки как ветка сосудов, перепутанные серые ниточки. Такие, что и правда, плечом к плечу не пройдешь. Мрамза закидывает мешок на спину и вытирает рукавом потный лоб.

 

Страница Анны Лужбиной в «Этажах»

 

Анна Лужбина, родилась в Москве в 1991году. Публиковалась в журналах «Дружба народов», «Esquire», «Лиterraтура», «Формаслов» и др. Лауреат литературного конкурса «Русский Гофман», дипломант Волошинского конкурса и русско-итальянской премии «Радуга». Психолог по основной специальности.

 

14.01.2023444
  • 3
Комментарии
  1. Иван 16.01.2023 в 11:55
    • 1
    Отличный!
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Booking.com

Ольга Смагаринская

Соломон Волков: «Пушкин — наше всё, но я бы не хотел быть его соседом»

Борис Фабрикант

Валентина Полухина: «Я, конечно, была влюблена в Бродского»

Ольга Смагаринская

Михаил Богин: «Я попал под горячую руку холодной войны»

Павел Матвеев

Смерть Блока

Виктор Есипов

Майя

Павел Матвеев

Анатолий Кузнецов: судьба перебежчика

Ирэна Орлова

Полина Осетинская: «Я долго воспитывала свою аудиторию»

Наталья Рапопорт

Это только чума

Павел Матвеев

Хроника агонии

Ирэна Орлова

Сегодня мы должны играть, как кошка мяукает — мяу, мяу...

Марина Владимова

Я помню своего отца Георгия Владимова

Владимир Эфроимсон

Из воспоминаний об Арсении Тарковском

Павел Матвеев

Приближаясь к «Ардису»

Наталья Рапопорт

Юлий Даниэль: «Вспоминайте меня…»

Александра Николаенко

Исчезновения

Владимир Захаров

В тишине

Владимир Гуга

«Скоропостижка». Интервью с писателем и судмедэкспертом

Людмила Безрукова

Шпионские игры с Исааком Шварцем

Владимир Резник

Ракетчик Пешкин

Алёна Жукова

Страшная Маша

Booking.com
Уже в продаже ЭТАЖИ №4 (28) декабрь 2022




Наверх

Ваше сообщение успешно отправлено, мы ответим Вам в ближайшее время. Спасибо!

Обратная связь

Файл не выбран
Отправить

Регистрация прошла успешно, теперь Вы можете авторизоваться на сайте, используя свой Логин и Пароль.

Регистрация на сайте

Зарегистрироваться

Авторизация

Неверный e-mail или пароль

Авторизоваться